Путь в Королевство Орденов.

Часть Первая. Глава Первая. Тарас.

Маленький черноглазый мальчишка сидел на своей кровати, у самого окна, и смотрел, как за окном медленно падают снежинки. Всех вокруг – дома, деревья, и даже некоторых прохожих, снег одел в белый зимний наряд. Уже несколько дней не было пурги, и дети спокойно игрались во дворе. Кто-то лепил снеговиков, а кто-то кидал в этих снеговиков снежки. Один мальчик построил настоящий замок из снега, и украсил его длинными и прозрачными сосульками. Снега в этом году было даже слишком много.

 

Только Петр не игрался во дворе, потому что он простудил горло. Несколько дней тому назад, в их детский дом привезли много больших бутылок со сладкой водой, к Новому Году. И Петя не удержался от этого соблазна. Ночью, когда все спали, мальчик тайком пробрался на кухню (бутылки стояли именно там, потому как привезли их вечером, и не успели спрятать), открыл одну бутылку и напился вволю. Его, конечно, прямо там, на кухне и поймали. Но было уже слишком поздно. Поругали, немного уши подергали и отправили спать.

 

А на следующий день очень сильно горло заболело. Тогда Петр понял, что это ему такая наука. Потому как нельзя одному пить и с другими не делиться. Вот и сейчас, глядя на веселых детей, что игрались во дворе, Петр говорил сам себе: «Ну что, Петро? Доигрался? Вот была бы тут твоя мама, она бы тебе хороший подзатыльник дала. А если бы отец узнал, то и следа бы белого на тебе не осталось! Вот тебе и наука была бы, Петр. Пусть дети играются, пусть. Потому как они это заслужили! А ты только и заслужил, что болеть да лечиться. Была бы мама, она бы тебя быстро вылечила…»

 

Но матери у Петра не было, так же, как и отца. В детском доме росло много детей без родственников и близких. Но были и такие, у которых, родственники были. Вот только этим родственникам дети оказались совсем не нужными. Петр иногда им завидовал, потому, как фамилия у них настоящая, а не придуманная. И родные, время от времени, все-таки заглядывали к ним в гости. А Петру только мухи в рот заглядывали, и мыши в тарелку – больше никто.

 

Вот так он просидел несколько часов, глядя на пушистый снег и своих друзей. Здесь, в детском доме, все жили одной большой и дружной семьей. Но были тут и такие, что не сильно-то и дружили со всеми. Одним из них и был Тарас – высокий белобрысый мальчишка. Его часто называли «девчонкой», за красоту, а еще за длинные ноги. Может, потому Тарас и не любил компании. Он всегда сидел в общей спальне на своей кровати, в самом темном углу. Вот и теперь мальчик был там, а не игрался со всеми на улице. Петр уже привык к его присутствию, и не обращал на Тараса никакого внимания. Но вот, как-то неожиданно, Тарас сам завел разговор.

 

- Ты что же это решил, будто лучше других? – произнес он, вставая со своей кровати и направляясь прямо к Петру.

- Что? – раньше Тарас никогда не начинал разговор первым.

- Считаешь, что сладкую воду только для тебя привезли? – повторил свой вопрос Тарас.

- Нет… - Петру стало очень стыдно за свой поступок. Наверное, впервые в своей жизни, да и за все то время, что он болел, стало действительно стыдно.

- А еще братьями их называешь. – Тарас присел на кровать около Петра, и протянул ему конфету, обернутую в яркий зеленый фантик. – Бери, мне родители передали. – он кивнул Петру, потому как тот, отказываясь, замотал головой. – Бери же! – настаивал Тарас. – У меня еще есть.

 

Петр стыдливо взял конфету, очень медленно и аккуратно развернул, и положил себе в рот.

 

- Спасибо… - произнес мальчик, пряча красивый фантик в карман потертых штанов. – шоколадная… очень вкусная… - добавил он, смотря в голубые глаза Тараса.

- А твои родители часто приходят? – спросил Петр, дожевывая конфету.

- Не очень часто. – произнес грустный Тарас, глядя в то же самое окно, в которое смотрел Петр. – Они далеко, в Италии. Посылки шлют. Меня с бабушкой оставили. Папа с мамой временно на заработки уехали. Но отца арестовали там.

- Он в тюрьме? – Петр никогда ничего не слышал о жизни Тараса, но сейчас ему стал очень интересен как сам мальчик, так и его судьба.

- Да, в тюрьме. – с грустью ответил мальчик, приподнимаясь с кровати, чтобы уйти.

- Погоди! – выкрикнул Петр, и схватился за больное горло, которое ужасно заболело в тот же миг, но он все-таки произнес, похрипывая. – А мать твоя где? – Петр не хотел оставаться один. Почему-то мальчик ощутил что-то родное в этом голубом взгляде и белых локонах. Что-то такое, чего у него самого никогда не было.

- Мать там осталась, потому как деньги нужны. И отцу передачи носит. Бабушка умерла, потому я и остался тут. Родных нет больше. – он посмотрел на Петра и вдруг произнес, - Теперь я пойду, а ты можешь всем разболтать обо мне. Хвастайся, хвастайся, какой ты хитрый, что даже про молчуна Тараса все знаешь! – сказал и убежал куда-то. Петр и опомниться не успел. Но об этом разговоре, кроме Петра и Тараса, больше никто так и не узнал.